?

Log in

No account? Create an account

...

Спасение души во смертности ея.
Какое облегченье
вдруг память потерять
и темный сон стереть.
Не знать бессилья разума и воли,
потерям не скорбеть,
стыдом не маяться,
отчаянью и страху
не поддаваться
и не сожалеть потом.

Чего бояться? Вечности!
Вот тело вечно, явит ужас
когда душа умрет.
Начнется
зловоние, кишенье муравьев,
крысиный пир и плесени творенье.
И черви наползут, всё в землю превращая
и в прах,
который что? - простая пыль.
Смахнул, она взлетела,
осела где то там в раю, в аду.
Вот вещи умершего,
или памятник ему,
чтобы привычное себе над ним устроить.
Придти, помыть от птичьего помета,
И обновить цветы, занять себя,
как раньше,
когда ему готовили еду, и укрывали.
Смерть привычной формы
так ненавистна,
так пугает ребенка и печалит старика.
Привычка тела - чайник на плите,
укутать шею, не забыть очки.
Все вовремя успеть.

Смерть - избавление от времени.
А время?
Иллюзия
им управлять, считая
часы: отведены на то и это.
Вот время есть душа,
отмерено ей столько,
и всё.

***

Мой личный сталин сдох.
И плакать не пришлось.
Чужие
обманщики роятся
за наследством.
Как жил Отвергнувший?
Себя назначил Богом
Обиженным,
Что будто Невозможно
любить его
и надо покоряться,
чтобы отнять нажитое трудом
средь нищеты бездомного унынья.
Подозревал, боялся,
укрывал свое добро
тремя замками.
Он так старался
всех обличить во зле, что даже жаль его.
И хочется на руки взять, баюкать.
Рыдать обнявши,
вдруг похожи мы? Похожи?
Ведь сорок поколений между нами еще не умерло.
Но следущий лучше, лучше?

***

Вот тот, который был
Мной или вместо,
Но перетек в меня, которое сейчас и тут..
Куда девать его чтобы не беспокоил
Неправотой, раскаяньем, печалью?
Как оторвать, чтоб сзади не стоял,
Не теребил рукав испуганной собакой
Усталым знанием
И сожалением, бессмысленным давно.
В чем смысл?
Нежно перетечь в сейчас
Заслугой или чувством завершенья?
Благодарить себя, спокойным целым?

Ну вот ты жил и жил
Вокруг проистекала чужая жизнь
Касалась и вторгалась,
И становилась временно твоей
Ответственной, и вдруг неисправимой.
Неисправимость - вот разрыв,
Замена смыслу жизни,
И продолженью тоже,
Неисправимость - вот хозяйка сна
Бессоницы, и твердь.
На ней стоять и ступни жечь до смерти.

Россия везде

Манхеттен. Возле лифта в здании одного из Wallstreet-овского финансового гиганта толпится народ.
Молодая женщина (деловой костюм, но шлепки, она переобуется уже на рабочем месте), английский без акцента.
У нее звонит телефон, и дальше разговор на русском, тоже родном.
- Мамочка, привет, да съездила. Они, пока меня ждали-готовились, выпили, ну и, как всегда, подрались. Прихожу, у папы нос разбит, Витька от ужаса сбежал, в квартире погром. Ну так, сбежал, да нашелся он потом, не волнуйся. Нет, соседи полицию не вызывали в этот раз, наверно, их дома не было.
Да в порядке папа, я ему нос пластырем залепила. Витьке надавала по морде. Все воскресенье убиралась у них. Мамочка, лифт пришел, я там не услышу тебя, перезвоню позже.

***

Прощенье равнодушием больнО?
Гордыней одержимо?
А вдруг это желанье показать
Как среди всех я лучше, милосерден?
Я состою в религиях. Я правил не лишен.
Сказали, что прощать богоугодно, и я простил.
Что значит?
Пусть живет? И язвами мучим не умирает?
И первенцы живут, и саранчи с небес не опадает тьма?
Прощеньем месть сладка.
И язвы
Оближет своим нежным языком.
"Пусть сгибнут все, кто хоть однажды
Меня заставил голову склонить".
Пусть.

***

Вот умер тот, кого всю жизнь
Так ненавидели, и чтоб он сдох, желали,
и мук, и пыток.
И пусть раскается, да так
Чтобы повеситься, благословив веревку.
Вот нет его теперь. И пустота.
Настала пустота, как если бы любили.

***

Возможно ли счастливо умереть?
Уйти, как сон навязчивый и страшный
Засасывающий кислой тошнотой.

Мгновенно умереть, не испугавшись,
Как облегчение и пробужденье вне
Всего, что жизнь уныло составляло:
Еда, питье и ногти на ногах украсить лаком.
Борьба с упрямой пряжкой
Старых туфель
До головокруженья, темноты в глазах.

Умрешь, и вот
Уйдут воспоминанья, раскаянье
тяжелой пустотой не ошелОмит
телевизор
бубнить не будет
про погоду завтра.

Уйдет телесный пот, и ног мытье
не чистить зубы,
отдельные уже,
Чтоб на ночь положить в стаканчик,
и утром вынуть их, в невинной белизне.

И всё!
Не вынуть завтра самому! Не нУжны,
но в случае
Публичных похорон в гробу открытом
пусть не забудут вставить, чтоб не провалился рот.
Приличья соблюсти.
И щеки нарумянить.
Не оскорбить безвольный труп небрежностью живых.
Придут обязанные.
Постоять, и даже пошептать
Что помнят, и будут даже некоторое время,
С досадой, с неуверенным добром
Что вроде получили или сами взяли.
За ужином, или во сне являться буду,
мелькнув случайно
или навязчиво, схватив за воротник, бессвязной речью

...

Как опытная аперольщица, отмечу, что самый лучший апероль подают в Риме в еврейском квартале.
Огромная, огроменная рюмища, там плавают: клубничка, долька красного апельсина, и...оливка!
Жадные северяне в Миланах и Триестах к аперолю (с кусочком вроде лимона) даже полагают достойным блюдечко с американскими картофельными чипсами, а это фу.
В еврейском квартале Рима все начинается с комедии дель арте. Израильский красавчик грассирует: апероль! Русиот дами, - поет он, слыша нашу русскую речь, - сприц апероль! - он кланяется, он размахивает руками, он призывает, приманивает, прельщает, обольщает...
Перехожу на иврит, он ликует. Усаживает возле цветущего олеандра, приносит орешки. А потом гигантский АПЕРОЛЬ! А к нему - разные печеньица, цукаты, соленые прецели и маленькие шоколадки. И вы сидите там час, одолевая эту большую, нет, не рюмку, не бокал, ЧАШУ!
И потом счастливо обессиленные плететесь на Авентинский холм, отдыхая в розовом саду, обсиживая все паперти по дороге. Dolce vita.

Анечка и ветераны

Анечка, послушная третьеклассница шла домой расстроенная. На девятое мая предполагалось шествие с портретами мертвых ветеранов из семьи, от школы до площади возле дома культуры, и там на ступенях надо было стоять и слушать живых ветеранов.
Read more...Collapse )

Apr. 20th, 2019

Просматриваю старые посты и комментирующих. Друзья, куда вы все исчезли?